"двойник", гл.vi.

"тоска его давила и мучила. порой он совершенно лишался и смысла и памяти. очнувшись после такого мгновения, он замечал, что машинально и бессознательно водит пером по бумаге. не доверяя себе, он начинал поверять все написанное - и не понимал ничего. наконец, другой господин голядкин, сидевший до сих пор чинно и смирно, встал и исчез в дверях другого отделения за каким-то делом. господин голядкин оглянулся кругом, - ничего, все тихо; слышен лишь скрип перьев, шум переворачиваемых листов и говор в уголках поотдаленнее от седалища андрея филипповича."